~Black Rose~
Черные розы стоят на окне. Черные слезы застыли в душе. Черные розы не знают любви. Черные розы, вы так холодны...
Привет, Гость
  Войти…
Регистрация
  Сообщества
Опросы
Тесты
  Фоторедактор
Интересы
Поиск пользователей
  Дуэли
Аватары
Гороскоп
  Кто, Где, Когда
Игры
В онлайне
  Позитивки
Online game О!
  Случайный дневник
BeOn
Ещё…↓вниз
Отключить дизайн


Зарегистрироваться

Логин:
Пароль:
   

Забыли пароль?


 
yes
Получи свой дневник!

~Black Rose~ > Избранное


пятница, 7 декабря 2018 г.
Тест: «Чувства, рассказанные... vfif1234 04:38:58
­Тест: «Чувства, рассказанные цветами» part 2 [Сборный]
Лиловая сирень / Шики Нацумезаки [Dance with Devils]


­­

Перебирая в руках прядь её шёлковых волос, Шики любвеобильно следил за тем, как ангел сжалась, как испуганный маленькой крольчонок, боясь проронить малейший звук. Казалось, она не дышала, робея своим вздохом спугнуть ласкающую слух Тишину. Нацумезаки искренне наслаждался её страхом, впитывая в себя каждую её эмоцию, мелькающую на белоснежном лице. Несомненно, он хотел вновь насладиться её образом, запомнить малейшую деталь её тела, чтобы вновь там, в аду, он с упоением вспоминал бы эту неземную деву, на время, притупляя жгучую боль в области груди.
Падший ангел считал, что у него нет сердца. Казначей лишился его, когда совершил грех, навсегда уничтожив себе возможность вернуться на небеса, к ней. Шики прекрасно понимал, что во всех своих наказаниях он виноват сам, но какой-то крайней мыслью он складывал на её тонкие, хрупкие плечи все свои проступки, искренне надеясь, что это томящее, уничтожающее изнутри чувство к этому белокурому ангелу исчезнет. Но оно не исчезало…
С каждым годом это ощущение напоминало о себе звонкой болью, заставляя юношу прискорбно улыбаться. Ему нравилось любить её! Любить и осознавать, что они никогда не будут вместе. Они дети разных миров, пути которых должны были разойтись, но почему-то старушка Судьба этого не хотела, каждый раз, невзначай переплетая их дороги, заставляя вновь расцвести всем забытым чувствам.
Вплетая в её волосы венок из лиловой сирени, юноша с удовольствием отметил лёгкий, дрогнувший румянец на её девственной кожи. Ему хотелось согрешить с ней, заставив стальным цепям унести её во тьму, где он с наслаждением дарил бы ей свою любовь. Однако Нацумезаки знал, что его страсть погубит её, уничтожит всё светлое, томящееся внутри, превратив её в безвольную куклу в его руках. А Шики не хотел себе бесхребетную игрушку, он жаждал непокорного ангела с пронзительным, выразительным лиловым взглядом, как цветок, который юноша впутывал в её белокурые волосы.
Девчонка ахнула, когда падший ангел потянул её за руку на себя, заставив её пасть в его руки. Подобная близость её смущала, заставляя сердце трепетно замирать от каждого вздоха юноши, дыхание которое опаляло её чувствительное ушко. Она попыталась вырваться, но все её попытки оказались тщетны. Ангел намного слабее него, она не воин, а всего на просто небесный глашатай, и он прекрасно знал об этом, умело пользуясь её слабостью. Девушка устало вздохнула, прекратив свои попытки сбежать, а Шики с упоением вдыхал её сладостный аромат кожи, впитавший в себя запах лиловых цветов.
- Шики, – робко позвала ангел его, заставив взглянуть на себя. Она отвела взгляд в сторону, почему-то смущаясь смотреть в его рубиновые глаза. – Мне не комфортно
- Я тебе противен? – серьёзно задал свой вопрос казначей, заставив белокурую девушку вздрогнуть, дивясь подобного поведения юноши. Она отрицательно мотнула головой, стараясь подавить в себе стеснение, рвущееся наружу. Внутри бушевал ураган и требовал немедленной разрядки, которую она не могла себе позволить. – Послушай, – начал Нацумезаки, расползаясь в привычной для всех улыбке, аккуратно убирая с её лица пряди волос, с наслаждением проводя подушечками пальцев по её мягкой коже. – Ты знаешь, что значит этот цветок? – падший, одной рукой удерживая строптивого ангела за талию, протянул ей небольшую лиловую веточку сирени, которую та с непониманием приняла в свои руки.
Мелькнувшее в её глазах незнание несказанно порадовало его самолюбие, заставляя на тонких губах расцвести самодовольной улыбки. Её обескураженный, смятенный вид возбуждал его, заставляя сердце вновь и вновь спотыкаться, продолжая свой ускоренный ход. Она находилась в его руках как влитая, словно в этом было её предназначение. Такая маленькая, хрупкая и непокорная, она всецело должна принадлежать только ему!
- Эх! – наигранно вздохнул Шики, с превосходством глядя на смутившегося ангела. – А говорят, что ангелы ближе всех находятся к людям, а таких вещей не знают, – попрекнул он её, из-за чего та надулась и хотела отвернуться, но ей не дали. Схватив белокурую девушку за острый подбородок, Нацумезаки заставил ту завороженно смотреть в его рубиновые глаза, словно гипнотизируя её. Он, несомненно, был сильнее её, но подчинить своей воли падший не мог её, потому что не желал этого. – «Лиловая сирень, – начал он, медленно приближаясь к её лицу, из-за чего та зажмурилась, боясь дальнейших действий юноши. – Любишь ли ты меня ещё?» – Шики не спешил, дожидаясь её ответа. Почему-то ему жизненно необходимо было знать её ответ.
Падший боялся услышать её отрицательные слова, хоть крайней мыслью понимал, что так будет правильней для них. Ангел завороженно смотрела в напуганные, полные отчаяния и боли глаза юноши, словно впитывая в себя все его внутренние переживания.
- Шики, – спокойно и достаточно медленно начала белокурая девушка, аккуратно проводя тонкими пальчиками по его разгорячённой щеке. – Я до сих пор люблю тебя! – призналась она, понимая, что ангелы не умеют врать, и он это прекрасно знал.
- Я люблю тебя! – ответил падший, даруя ей целомудренный поцелуй в лоб, потому что понимал, ей нельзя грешить. Прижав к себе девушку, он вдохнул её аромат, чувствуя, как она нерешительно обхватила руками его за талию. Тяжёлый ком внутри груди постепенно ослабевал, но Нацумезаки прекрасно осознавал, что вскоре им вновь придётся расстаться. – Давай, постоим так немного? – предложил он ей, чувствуя, как та носиком уткнулась ему в шею, отдаваясь целиком в его объятия.
«Клянусь тебе, я буду любить тебя всегда!
Твой темнокрылый ангел.»

Чмокнуть в щечки автора можно тут: http://midsubliki.b­eon.ru/0-1-shkatulka­-testov.zhtml#e119
Пройти тест: http://beon.ru/test­s/1123-192.html
Прoкoммeнтировaть
понедельник, 26 ноября 2018 г.
Профессор Сингулярность 09:50:35
Видеть комментарий могут только зарегистрированные пользователи. Зарегистрироваться или Войти.
суббота, 24 ноября 2018 г.
Канеко Хоши 13:56:22
Видеть комментарий могут только зарегистрированные пользователи. Зарегистрироваться или Войти.
воскресенье, 18 ноября 2018 г.
Тест: between two fires || [BTS & Hogwarts] бальзам единения трех душ... vfif1234 10:50:04
­Тест: between two fires || [BTS & Hogwarts]
бальзам единения трех душ ~


­­


У него в горле комок стоит, но яд изо рта так и льется, стараясь задеть вас посильнее, но вы усмехаетесь, и только, кидая гордый презрительней взгляд на старшекурсника – на него, первого красавца Слизерина и самого способного ученика, удаляясь! Немыслимая наглость и смелость для полукровки на змеином факультете.

Однако, он дает вам уйти, лишь смотрит вслед, после встречаясь с бездонным взглядом черных омутов, ибо некто иной как Юнги – староста факультета и его лучший друг закидывает руку вам на плечо, уводя подальше от него, от чего сердце болит, ноет, словно заведенное.

Нет, это не то чувство мерзости и радости, когда в очередной раз вы отказывали парню в чувствах, держась холодно и уверенно, рядом с Юнги вы другая – на устах улыбка легкая, нежная, взгляд безмятежный и легкий румянец на бледных почти всегда щеках от смущения, когда пальцы переплетаются и нить белую оплетающую образовывают, связывая плотно, близко друг к другу.

И он завидует. Юнги ведь тоже сам на себя не похожим становиться – нежность во всем, такое спокойствие, а Тэхену тоже хочется в этот круг пробраться и найти место для себя, только хен с ним вежлив, немного отстранен, не пускает дальше в дверь пройти, плотно закрыв за собой, а ключ спрятав.

Тэхена, черт подери, тянет к вам. Он похож на собаку, следующую за своим хозяином, которая скребется в закрытую дверь. Ему больно - даже внимание девушек, тешущих самолюбие, не может заглушить плохое самочувствие,

В последнее время он потерян: путается в заклинаниях, рисует унылые пейзажи на уроке истории магии как дополнения на пергаменте черными чернилами, от чего Юнги пытается узнать причин, которую «его Тэ-Тэ» не может сказать. Юнги заботится и переживает о нем, пусть также сдержанно, со стороны.

Что он скажет своему дорогому другу? «Хен, я влюблен в твою девушку?». Он иронично усмехается, пытаясь представить дальнейший их разговор, но ничего кроме драки на ум не приходит, как и полный погром в их совместной комнате.

Он выходит молча, кусая губы, пытаясь уйти от растерянного взгляда Юнги, который на миг пустоту и боль ощущает в груди Тэхена, который невольный позыв Кима обнять и прижать к сердцу подавляет - руку протянутую к его мантии в неуверенном порыве за спиной сжимает, криво усмехнувшись, мысленно ненавидя нитку, которая вокруг запястья вяжется.

Бродит по коридорам, пока не слышит ваш вскрик – болезненный и раздраженный, на который он бежит, спотыкаясь о подол развивающейся мантии.

У вас губа рассечена до крови, волосы взъерошены, мантия кое-где порвана. Сердце бьется, страх пытается полностью поглотить, выбив весь боевой дух.

- Что красавица, где твой верный рыцарь? – парни с Когетврана смеются, вашу палочку в руках вертят, когда же вы зубы сжимаете, пытаясь от едкости удержаться, прикусив язык. Нельзя их провоцировать. Вы – одна, их – двое, вокруг никого, а невербальные чары вы пока еще не изучали – курсом не доросли.

Прижимаешься к стенке, смотря взглядом на противников загнанным, но воинственным и храбрым, несколько гордым. Тэхен все это видит, душа волком выть начинает.

- Круцио, - запрещенное заклинание слетает с уст парня тихим шепотом прежде, чем он успевает подумать. Голову ярость туманит, голос звучит властно и холодно, высокомерно, когда же парень от боли извивается – почти кричит, - Только я могу трогать ее!

Его шаги отдаются гулким эхом в коридоре, второй парень пятиться, шумно сглатывая, испуганно смотря на своего «сообщника». Никому не хочется иметь дело с ним, он знает это. Родители темные маги, дурная так сказать наследственность.

На вас взгляд бросает один, пытаясь понять, что они здесь с вами делали, когда же вы по стенке сползаете, глаза руками закрывая, после свои собственные волосы сжимая, пытаясь унять нарастающее чувство тревоги. Скоро полнолуние…

- Да не вопрос, парень, - голос первого дрожит, когда же второй от заклинания отходит, все еще в конвульсиях на полу содрогаясь.

- Палочку. Если расскажите кому-то…

- Мы поняли, - и они сбегают, кинув на пол чужую палочку, которую Тэхен поднимает, наклонившись, а после к вам подходит, присаживаясь на корточки.

- Спасибо, - ваш тихий шепот касается его: нежно, мягко, от чего тот улыбается горько, опуская взгляд на начищенные носки блестящих туфель, протягивая палочку.

- Не стоит благодарности, - вы берете ее из его рук, слегка пальцами его холодных кистей касаясь, от чего он вздрагивает, взгляд поднимает, с вашими глазами встречается и мысленно тонет, пусть его и пугает та призрачная бледность на румяных всегда щеках.

А у вас душа от этой невольной близости стонет – так прикоснуться вам к нему хочется. Ведь он вам нравиться так же сильно, как и Юнги. Порой, даже сильнее, но все дело в проблеме. Большой проблеме, о которой знает Мин, помогающий пережить ее.

Вы поддаетесь вперед, быстро касаясь нежной кожи щеки парня своими шершавыми губами, после отстраняясь и в волнении облизывая губы.

Очередной приступ злости и звериной «ярости» дает о себе знать.

- Прости, мне нужно идти, - и подобно Золушке вы снова убегаете, оставляя Тэхена со смешанными чувствами – оставленный след от поцелуя огнем горит, но он не так глуп.

- Ты оборотень? – звучит уже в пустоту коридоров его вопрос, на который он точно ответа не получит, хотя он прав как никогда.

На следующий день Юнги вас за руку хватает – он знает, читать мысли способность у него не даром есть.

Он видел, от чего ревность и печаль его снедает, и это выражается в голодных грубых поцелуях, касающихся губ и кожи шеи, ибо он мешающуюся рубашку расстегивает на несколько пуговиц и галстук ослабляет, дабы получить свободу в действиях.

Ибо он боится потерять. Боится, ему пришлось терять уже – это страшно и больно, но нить между вами и Тэхеном не рвется, как и его, которая привязана к обоим.

- Он все равно наша половина. Юнги, пожалуйста! - вы краснеете, простите быть его сдержаннее – за этим действом вашу парочку и застает Тэхен. По его виду понятно, что он ждет объяснений во всем. Эта фраза его из колеи выбивает, как и остальное все, о чем он догадался.

Юнги губы сжимает, кивает, Тэхен к ним близко подходит, он почти чувствует сбитое дыхание – ваше и своего друга.

- Мы связаны, - хрипло произносит он Тэхену, - И эту нить не разорвать ничем… В книгах эту связь называют единением трех душ..


Пуффендуй:


Ким Сокджин: /По секрету я вам скажу, он вам завидует, что вы так близко связаны меж собой, хотя порой он думает, что данная связь утомительна. Наблюдает за вашей странной троицей со стороны, записывая все в книжку "экспериментов". Вы для него нечто сродни удивительного примера сошедшей со страниц "легенд". К вам же относиться весьма радушно - лишний раз всегда подмигнет и намекнет о том, что был бы не против побыть на месте Юнги, так как вы для его понимая весьма очаровательная девушка/


Гриффиндор:


Чон Чонгук: /Немного ревнует Тэхена к вам, пусть это и не показывает. Ведь он слишком часто стал с вами общаться, а Тэ для него самый близкий друг. Ничего не знает о всей ситуации, так как часто находиться в своем мире/

Чон Хосок: /Переживает за друзей, которые очень ему близки по духу. Про вас ничего толкового сказать не может, ибо с вами почти не общался. Да и для вас он не представляет особого интереса/


Слизерин:


Пак Чимин: /Ваш близкий друг, но все-таки Тэхен для него тот человек, который по всем параметрам занимает первые для него места, поэтому немного недоволен состоянием ваших отношений, пусть он даже и читал книгу с данное легендой/


Когтевран:


Ким Намджун: /Не общался с вами, но Тэхен, собственно как и Юнги, ему дороги, поэтому он не пытается сделать что-то против вас, только дает порой советы, которые в одно ухо влетают, в другое вылетают, ибо каждый ярый индивидуалист, а значит, не будут жить по его указке/
Пройти тест: http://beon.ru/test­s/1123-061.html

Категории: Просто
Прoкoммeнтировaть
Тест: between two fires || [BTS & Hogwarts] сладость и горечь на языке... vfif1234 10:49:08
­Тест: between two fires || [BTS & Hogwarts]
сладость и горечь на языке ~


­­


Его амортенция пахнет горечавым медом и терпким сандалом.

Очень сладко и приторно, но он ощущает ее всем телом, разумом и сердцем, там, в крови, не только на кончике языка, кидает взгляд на сидящую за столом Гриффиндора рядом с Чонгуком вас, беззаботно смеющуюся, прикрывающую ладонями рот, когда сидящий напротив Хосок издает странные забавные звуки, чуть подпрыгивая на месте, когда же второй Чон только усмехался, иногда посматривая на стол с синими знаменами, где сидел его друг, готовый просверлить дырку в его достаточно близкой знакомой.

От вас пахнет также, только улыбаетесь вы не ему, смущенно опуская ясный взгляд в пол, теребя в руках рукав мантии, чуть кусая от волнения губы – и они такие манящие, что просто трудно удержаться, дабы не провести по ним пальцами, ощутить эту загадочную мягкость, легкую сухость и наконец-то распробовать их, но, увы, это всего лишь дерзкие мечты влюбленного подростка.

Он готов был душу за вас продать дьяволу, а Хосоку, местному солнцу, хоть бы что – улыбается ярко, тревожа девичье сердце, ласково проводит рукой по волосам, а сам мечтает о другой и не замечает светлых чувств вас, лучшей подруги, с которой познакомился в Хогвартс Экспрессе еще с малых лет, от чего губы Намджуна сжимаются в тонкую линию, когда одухотворенный, тот снова рассказывает о своем походе к рыжеволосой девушке, совсем не замечая вашего потускневшего взгляда, обращенного в свой мир при встречи их шумной компании в Выручай-комнате.

А Намджуну плохо, ведь вы мимо него всегда проходите, почти не замечаете, хотя иногда ему кажется, что вы кидаете на него взгляды, улыбаетесь – потерянно немного, ибо связь между вами всего в четыре слова: привет, пока, прости, спасибо.

И не кажется ему вовсе - иногда вы заглядываетесь на него, но сердце одно твердит, а разум требует ответной ласки, который находит поддержку в виде Намджуна, всегда находящегося рядом, когда вам так плохо на душе, когда хочется рыдать навзрыд, впиваясь ногтями в ладони.

Но Хосок не так прост, он с дном двойным – видит все прекрасно, однако, не хочет отношения портить, боится испортить такую нежную дружбу, боится вас испортить, ибо в его понимании вы прекрасный цветок – хрупкий и нуждающийся в уходе. А что он может вам дать?

Он может дать вам вечные заботы и проблемы, ибо с семьей его не все так ладно, как кажется – чистокровные, истинные бывшие студенты Слизерина, да и сам он не уверен в себе и весьма потерян в своих комплексах, навязанных ему еще с детства.

Однако, осознание больно режет, что вы никогда не станете его, ибо он трус.

Хосок признает это, и пусть для других он надежда и яркое солнце в трудные времена, готовое подняться на небосклоне по любой причине, даже самой пустяковой, жаль, что только вам он не мог помочь, боясь вызвать в груди у себя еще большее томление, хотя внутри он себя ненавидел – люто и горячо, вцепляясь в трусливое «я» руками, пытаясь хоть как-то отстранить его от своей души, заперев в Ящике Пандоре, который бы никто никогда не вскрыл.

А сейчас, он сам от себя в ужасе отскакивает, понимая, что в нем лютое чудовище поселилось – в зеркале утром на него смотрит холодная маска, алебастровая с синими кругами под глазами, готовая развалиться на части, когда он вспоминает момент, за который корить себя он думает – вечность.

Вы растерянная уходите из его комнаты, когда вы обнаруживаете рядом с ним очередную девушку на ночь, уже брюнетку, изгибающуюся в его руках, наклонившуюся к нему так близко, что вам показалось, что вы услышали его участившееся дыхание.

Вы думали, что он не знал, а Хоби, действительно, знал, и это только добавляет масла в огонь, ибо разговор двоих выбивает их колеи, лишая опоры под ногами.

«Он знал», - пульсирует в голове мысль, пусть вы и слышите крики Хоби позади вас, стремящегося догнать вас и все объяснить.

Намджун в растерянности и не знает куда деть руки, когда вы налетаете на него в библиотеке, пытаясь скрыться от боли, раствориться в спокойном умиротворении, присущему ему, точно свету бледной луны в ночи.

- Эй, расслабься. Успокойся, все хорошо, - его голос мягкий и нежный возвращает на землю, когда холодные руки бережно ложатся на спину, обнимая.

Подбородком упирается в вашу макушку, смотря враждебно на Хосока, который увидев данную картину оступается, сжимая руки в кулаки. К его горлу подступает тошнота, но, поджав губы, он все же скрывается, понимая, что вряд ли в этот момент вы его поймете, ибо вскоре тихое помещение заполняет девичьи всхлипы, похожие больше на притупленный вой пса, запертого в полном одиночестве глухого помещения.

Но Хосок все же вымаливает прощение, хватает за руки в удобный момент, чувствуя, как кровь к щекам приливает, а сердце бьется, стучит, как сумасшедшее, и вы прощаете его, прикрывая веки, вздыхая тяжело, немного вымученно, когда же он обнимает вас крепко, а вы растворяетесь.

Его не хватало вам, пусть Намджун теперь с вами больше времени проводил, книги вслух читал, что порой заслушавшись, вы терялись в звуках его голоса.

Вы и сейчас теряетесь, когда Хосок начинает активно действовать, прижимая руку к сердцу, которое теперь бьется ровно. Нападает меланхолия – чувств особых нет, хочется только шутки шутить и проказничать, но скорее горько, чем весело

Они оба друг против друга становятся, что даже самый сильный в их компании не может растащить их по местам.

Рукопашный бой никак не для волшебника, но что один, что другой – о палочках совсем позабыли, поэтому Юнги новое заклинание на них использует – растаскивает в разные стороны, смотря, как Хосок сгусток крови сплевывает, а Намджун рассеченную бровь платком брезгливо вытирает, облизывая губы в волнении.

- Просто скажи ей, - холодно говорит ему Намджун, усмехаясь, - если, конечно, она простит тебя. Не будь трусом, который позорит свой факультет.
- А вот и посмотрим. – Хоби кривит губы – насмешливо чуть, высокомерно, но гордо, чувствуя храбрость в душе.

«Плевать на все», - так думает рыжеволосый, умывая лицо холодной водой по утру, снова смотря на себя в зеркало, когда же Намджун кусает губы, сидя в своей гостиной, думая, что он все правильно сделал, чувствуя как проходящий мимо староста хлопает его по плечу, говоря, что пора на занятия.

«Хотя, ожидание самое лучшее средство», - Ким усмехается, поправляет мантию и идет на занятие по травологии, зная, что терпение всегда окупается больше, чем настырность.

Кого выберите вы…?


Пуффендуй:


Ким Сокджин: /Его задевает вся эта ситуация, так как раньше в их компании не было этой разрозненности в их отношениях, а сейчас мимо этих двоих словно кошка пробежала, хотя вас он не винит, считая, что это все их гормоны – буйные и не устоявшиеся, ведь от Намджуна он ожидал большего. К вам же относится как к маленькой сестричке, которую часто угощает пирогами собственного приготовления, иногда приглашая на кухню к эльфам просто поболтать и поднять настроение. Радушен к вам, считая, что вы попали не в самые лучшие руки/


Гриффиндор:


Чон Чонгук: /В его мир проникнуть очень сложно, но вы можете довольствоваться званием «лучшей знакомой», что уже значит многое. Пусть вы и не замечаете, но он по своему поддерживает вас, стараясь вразумить «глупых» хенов/


Слизерин:


Пак Чимин: /Все это приводит его в восторг. Ему забавно наблюдать за всем этим, пусть главные герои и являются его друзьями – это его не волнует, главное, что за всем этим наблюдать "приятно" и интересно/

Мин Юнги (Шуга): /Тщательно следит за вами, считая, что вы не слишком подходите его другу, а какому – не уточняет. Понятно только то, что вас он недолюбливает, относится весьма холодно. Впрочем, иногда он относится к вам так, словно бы вы типичный представитель Гриффиндора, не обладающий мозгами/

Ким Тэхен: /Иногда наблюдает за вашим треугольником, однако, вдаваться в подробности не желает, считая, что рябь на воде временная – поэтому она вскоре уйдет. Держится с вами также равнодушно, как Шуга, стараясь при вас играть явного «дурочка», чтобы вы в душу не залезли, ибо он считает, что подобные вам люди всегда пытаются проникнуть поглбуже – желательно в кровь/
Пройти тест: http://beon.ru/test­s/1123-061.html

Категории: Просто
Прoкoммeнтировaть
Тест: between two fires || [BTS... vfif1234 10:48:36
­Тест: between two fires || [BTS & Hogwarts]
имбирь и персики ~


­­


Забавно, не правда ли? Ему шляпа чуть Слизерин не выкрикнула, но, послушав совета Намджуна, он в Гриффиндор пошел, думая, что друг правду сказал, а сейчас он жалеет, что девушка, которая ему нравиться совершенно в другом доме. Вылитое произведение «Ромео и Джульетта» получается, только совсем с другим сюжетом и персонажами. Хотя при этом Гриффиндор (лучший вариант), оказался ничем не хуже и ни чем не лучше, постоянный шум вокруг раздражал – так хотелось тишины, желанного такого одиночества, и оно пришло в вашем обществе.

Чимин же злиться – позорить лучшего друга и донимать дело гиблое, не самое лучшее, но в сердце цветы, в крови распустившиеся лепестки плавают, а нос забит ароматом сладким, таким пьянящим, что отступать ему совсем не хочется, но один плюс все же есть. Они в одном доме, а значит вы все время рядом с ним, стоит только руку протянуть, хотя вы все еще душой так далеко.

Чимин руку на ваше плечо закидывает по привычке, когда же вы взглядом его холодным окидываете, иронично бровь выгнув, но ничего не говорите, так как в его обществе спокойно и достаточно уютно, и право же, черт подери, вам так не хочется замечать этих обременяющих душу чувств, которые наполняют вас через касания, проникая в сердце, заставляя задуматься. Проблема только в том, что вы не чувствуете ничего, или просто не умеете..?

Хотя нет – вас к Чонгуку тянет непроизвольно. Вам легко друг с другом, потому что миры внутри у обоих необъятные, похожие на картинки из учебников по истории магии – они сочетаются в своем очаровании, сливаются и образуют новый, совсем никому неизвестный.

Внимательно смотрите в глаза своему сопернику, который даже на шахматную доску не смотрит, только смущенно вас оглядывает, сжимая в тонких пальцах фигурку пешки, которую тот передвинул на несколько клеток вперед.

- Я выиграла, - усмехаетесь.

Фигура королевы медленно продвигается к королю, который кидает к ногам корону. Партия слишком быстро заканчивается, ибо Чимин давно пал под вашими чарами, покоренный детским взглядом из под ресниц.

Ему сбитые в кровь ваши колени вспоминаются и влажные слезы на щеках, когда несколько старших мальчишек магов пихнули вас на жесткий ковер при игре в плюй-камни. Раньше вы не были такой холодной и сдержанной… Или он был влюблен только в нежный образ?

Неужели вы не помните, как плели венки, украшая ими его голову? Пожалуй, вы действительно не помните, раз не обращаете внимание на него – нежного юношу с розовыми губами и блестящими теплом глазами.

Вы не помните, словно бы на вас наложили заклинание, однако, находясь рядом с ним вы почему-то на руках своих кровь видите, от чего морщитесь, бровь иронично приподнимаете, пытаясь незаметно вытереть засохшие полоски и смахнуть ненужное видение.

А Чонгуку тошно наблюдать за тем: как вы и Чимин над учебником склоняетесь, а после над котлом на паре зельеварении; как его друг руку на твое плечо кладет, на него взгляд лукавый бросая, из-за чего струны внутри нервно и напряженно звенят, натягиваются – Чимин с вами в паре, не с ним, он не с вами рядом..

Впрочем, если рассудить здраво, как обычно. Ведь вы с ним проводите время наедине только в Выручай-комнате и Хогсмиде, но почему он не может прикасаться к тебе, а Чимин может?

Ревность в виски бьет, из-за чего Чон ингредиенты путает – зелье зеленого оттенка становиться, пенкой поднимается вязкой, грозясь все помещение на воздух поднять.
Как в замедленной съемке вы кидаетесь к Чону, обращая внимание на него в промежутке времени, потянув того под стол с громким шипением:

- Ложись! – зелье взрывается, по инерции вы закрываете его, морщась от боли – спину опаляет горячая жидкость, когда же Чимин, спрятавшийся под столом смотрит с печалью и некоторым испугом.

- Ты… - слова у парня застревают в горле, он встречается с вами взглядом напуганным: зрачки почти черных омутов расширены, в глазах его стоит немой вопрос. Его руки почти касаются вашей спины – вы так близко, как и в его мечтах, но если бы от этого не было так горько, ибо преподаватель зельеварения помогает вам подняться, снимает пару очков с Гриффиндора и уводит вас в больничное крыло, бормоча себе под ном о сборище идиотов, не способных даже правильно зелье сварить.

- Эй, Гук, - Чимин к нему подходит, все-таки безумную идею провернуть хочет. – Давай сразимся сегодня в Выручай-комнате. Не могу я больше так!

- Знаешь, это низко, - Чонгук кривиться, мантию отряхивает, встав, смотрит на Чимина так холодно, что блондин невольно вздрагивает, словно под оцепенение попадая. – Пусть она сама выберет.

- Уверен?

- А ты уверен?

- Я ни в чем не уверен, - Чимин улыбается печально, взгляд на свои дрожащие руки опуская.

Ему хочется все закончить. Ему хочется переболеть и все узнать.

Чонгук только ладони в кулаки сжимает, вглядываясь в такие же темные глаза своего мрачного соперника. Он тоже жаждет конца, пусть, возможно, и грустного для него..

Что же решите для себя вы..?


Пуффендуй:


Ким Сокджин: /Холодно относиться к вам, так как вы однажды намекнули ему о том, что он слишком зазнался и вовсе он не красивый. А это, знаете, больно бьет по самолюбию, поэтому уязвленное мужское эго дает о себе знать, ибо он начинает плеваться в вашу сторону, намекая Чонгуку и Чимину, что вы не стоите таких усилий/


Гриффиндор:


Чон Хосок: /Его забавляет отношения Джина к вам, так как он считает вас вполне интересной и милой девушкой, с которой можно поговорить обо всем на свете. Давно уже метит вам в друзья, однако, вы об этом почему-то не знаете/


Слизерин:


Мин Юнги (Шуга): /Как и Тэхен – тщательно наблюдает за вашим треугольником, но не особо вдаваясь в подробности. Влюбленные сердца разберутся сами/

Ким Тэхен: /Ваш близкий друг, готовый поддержать в самый тяжкий момент. Замечает симпатию Чимина и Чонгука, но определенного выбора сделать не может, хотя порой невольно шипперит вас с Чонгуком, считая, что вы больше подойдете ему, чем Чимину с его немного тираническими замашками, пусть ничего и не советует, являясь этаким наблюдателем в данном споре/


Когтевран:


Ким Намджун: /Ему все равно. По крайней мере, его больше волнуют книги, а также не сделанное домашнее задание/
Пройти тест: http://beon.ru/test­s/1123-061.html

Категории: Просто
Прoкoммeнтировaть
пятница, 16 ноября 2018 г.
Тест: Моя одержимость [Vampire Knight] essence Ичиджо наблюдал за... vfif1234 12:50:23
­Тест: Моя одержимость [Vampire Knight]
essence


­­


Ичиджо наблюдал за собой со стороны, открывая все новые и новые желания. Знаете, этакая фотография с запечатленным живым моментом, сделанная тогда, когда ты себя не видишь. А ведь раньше он и не знал, что в нем есть то, чего он так боялся – равнодушие.
Равнодушие убило не мало людей. Время меняется, на смену ему приходят новое, но все остается по прежнему.
Ты улыбалась, и ему казалось, что он странный – сердце не готово было выскочить из груди, словно раненный зверь, а ведь чувства, описанные в манге, которую он читал, было именно такими, но он чувствовал только безграничный покой рядом, точно бледная рука твоя была самым лучшим успокоительным.
Но сегодня ему нездоровилось – явно так. Кожа бледная, под глазами круги черные, взгляд и улыбка вымученная. Все замечают в нем такие изменения, но молчат, так как второй и третий непонятный ему звоночек прозвенел в голове – жажда и что-то еще, более страстное и всепоглощающее, пусть сердце оставалось ровным. Яростное, непозволительное чувство для аристократа и слишком губительная.
Для него твой аромат слишком притягивающий, слишком пьянящий и удушающий. Лилии и скромные маргаритки – тот еще букет, как собственно и набор чувств на твоем лице, сменяющихся озадаченностью, когда тот сторониться тебя – своего лучшего друга. А друга ли? Ты же человек. Существо крайне хрупкое – прикоснешься чуть сильнее и сломается.
Ты стоишь напротив него, когда же он борется с собой – обидеть боится.
- Прости, мы не должны больше общаться, - закат заливает небо, окрашивая его яркими красками, ты слезы пытаешься сдержать – он был единственным, с кем ты нашла общий язык из всей Академии, так как ты чужда Дневным… и Ночным. Ты не вампир, обычный человек, но всеми отверженный и потерянный.
- Это все из-за твоей сущности? – в горле комок стоит, сердце сжимается, но он только голову отворачивает. Сейчас он пустоту ощущает, точно бы ему действительно все равно, хотя глубоко в душе сердце его на осколки разбилось.
Он молчит, и ты просто убегаешь, не желая слушать оправдания…
… Город холодом осенним встречает, пугает и завораживает. Солнце блекнет, пусть его лучи все еще блуждают по земле, освещая ее кровавыми оттенками. Сердце словно разбито на куски и их, возможно, уже не собрать. Ты любила его.. Любила нежно и пылко, вовсе не по-дружески.
Какой-то незнакомый парень увязывается за тобой. Должно быть, страшно, но сейчас тебе все равно, когда же он набрасывается на тебя. Падаешь на землю, сгребая руками опавшие и увядшие листья – пахнет сыростью, его губы отвратительные, руки шершавые.
- Ах ты тварь, - он шипит, прижимая в твоей шее нож, надавливая, ибо ты бьешь между ног точно и больно, впечатывая коленку в его репродуктивные органы с глухим стуком, ощущая, как саднит кожа, стертая джинсами, но ты не сдаешься, сжимая его лицо рукой, точно кошка, оставляя на его голове царапины, а под ногтями частички кожи: созревших прыщей и выдранных волос из челки, хотя ты чувствуешь, что он вампир, а значит, тебе с ним не справиться. Он низкого класса, но еще полностью не обезумевший.
- Отстань от меня. – шипишь ты, почти крича, когда его клыки пронзают твое горло, терзая кожу и сосуды.
Крик сдавленный с глотки вырывается, перед глазами плывут цветные круги от боли, но знакомый силуэт вырисовывается впереди – глаза красные, лицо безэмоциональное, бледная кисть с музыкальными пальцами с занесенной катаной быстро на бренную тушку провинившегося вампира опускается, из-за чего его голова по земле, как мяч, откатывается в сторону, а кровь от тела, которое в петушиных конвульсиях дергается, с твоей мешается на шее, заливая кофту, оставляя несколько мазков на щеке, но как не странно тебе, черт подери, это нравиться. Глаза непроизвольно закрываются, когда ты бедра сжимаешь, пытаясь получить те чертовы ощущения, нахлынувшие так не вовремя.
- Я странная, да? – тихий твой голос голод вампира отрезвляет, заставляя вздрогнуть и взгляд от твоего лица оторвать.
Холод пробирает до костей, когда в безмолвии Такума труп вампира, который медленно в пепел превращается, от тебя носком туфли откатывает, бросая взгляд на твою шею, от чего взглядом мрачнеет.
- Он укусил тебя, - он готов этого вампира снова из ада достать и второй раз прикончить, чтобы быть точно уверенным, что на тебе этих синяков и укусов не появиться.
- Укусил, - встаешь, немного хромая на ногу, чувствуя, как та опухла, смотря на него снизу вверх, чуть переводя взгляд в сторону, пытаясь закрыть чужую метку. Но он же не говорил, что хочет твоей крови, он не говорил, что жаждет тебя – это его ошибка, и он ее осознает, чуть склоняясь и прикасаясь губами к твоим чуть влажным нетронутым еще никем устам ласкающим прикосновением. Его губы мягки и пахнут сладким шоколадом, точно как и его пшеничные волосы, он губу своими губами сначала верхнюю накрывает, к себе притягивая, пачкая одежду повседневную, когда же ты зубки «выпускаешь», до крови его нижнюю губу прокусывая, от чего тот отстраняется, будучи удивленным, прикасаясь подушечками пальцев к свежей ранке, смотря на алую каплю своей крови, в изумлении смотря в твои глаза своими, затуманенными мрачным пологом, горя вожделением.
Вот чего он так боялся в себе – ему рвет крышу. Одержимость бьет по тонким струнам, вытесняя реальность. Он тяжело вздыхает. Зеленые изумруды глаз приобретают кровавый оттенок, когда же ты ласково касаешься его щеки своей ладошкой, пачкая ту свежей землей, а он ластиться к ней, словно кот.
Твой запах полностью смешался с ароматом листвы, спрятавшейся в твоих волосах, но по его мнению это не портит тебя.
Он улыбается – печально и криво, понимая, что давно потерял себя:
- Каждый видит, я этого не хотел, - хрипло произносит Такума, несдержанно срывая с твоих уст более страстные поцелуи, запуская руки под тонкий свитер, испачканный соком зелени и кровью «чужого», сжимая талию до возможных синяков, когда же ты обнимаешь его, пытаясь, стать ближе.
Пусть будет больно, пусть ты не выберешься из этих смертельных объятий вампира, но его смертельные кровавые поцелуи дороже всего для тебя, так как ты давно «чокнулась», «сбрендила», или же просто «спятила», ровно настолько же, сколько и Такума, встретив тебя.

Пройти тест: http://beon.ru/test­s/1123-052.html

Категории: Рыцарь Вампир
Прoкoммeнтировaть
четверг, 15 ноября 2018 г.
Тест: Меч при жизни любил… [Touken... vfif1234 18:55:25
­Тест: Меч при жизни любил… [Touken Ranbu]
Ичиго Хитофури


Stefan Obermaier – Lacrimosa [Mozart Reloaded]


­­


На исходе десятого месяца небо, некогда белое от жары, приобретает глубокую голубизну осени, и тяжёлый и сладкий воздух становится облегчающе лёгким, свежим, почти прозрачным. Понемногу город оживает, и даже в ранний час на улицах достаточно людно.
Растирая друг об друга закоченевшие пальцы, ты минуешь одну из узких улочек, где покачиваются красные и белые фонари, а вдоль низких подоконников растут сливы. Мимо тебя, совсем не заботясь о правилах приличия, вихрем проносится несколько танто: кажется, будто они совсем не ощущают утренней промозглости и, разгорячённые от игры в догонялки, лишь норовят скинуть с себя верхнюю одежду.
– Простудишься.
Несмотря на возражения, ты натягиваешь шапку Хакате на голову и, взяв с мальчика честное слово не снимать её, отпускаешь его играть с братьями.
– Очень благородно с вашей стороны ставить чужие нужды выше своих, госпожа, – мягко замечает голос позади тебя и заставляет тебя обернуться.
Ичиго протягивает забытую тобой муфточку, и ты с благодарностью просовываешь внутрь озябшие до красноты пальцы. Какое-то время вы молча идёте рядом и безмятежно наблюдаете за забавами мальчишек-танто, изредка задевая друг друга локтями и поспешно смущённо извиняясь.
И всё же Ичиго не спешит увеличивать расстояние между вами – только ли из-за холода?
Поблизости от вас останавливается паланкин, и Ичиго тоскливо смотрит, как из него осторожно выбирается молодая девушка, опираясь на руку, поданную ей спутником; как она преданно смотрит на него и семенит, робко держась за его рукав.
– Ты чем-то расстроен, Ичиго?
– Что вы, – на лице парня вновь сияет учтивая улыбка, – я просто задумался.
– О чём же?
– Госпожа! – издалека кричит Акита, тыча пальцем в красочную вывеску, прислонённую к стене лавчонки. – А что тут написано?
В честь праздника сити-го-сан хозяева приглашают за бесценок приобрести тито-сэ-амэ, красно-белые сладости в форме палочек, заботливой рукой разложенные по пёстрым бумажным пакетикам.
– В этом городе скоро состоится торжество. – Улыбнувшись, ты ласково треплешь подбежавшего Акиту по мягким волосам цвета розовой бегонии. – Люди нарядят своих детей в кимоно или в самую лучшую одежду и будут молиться об их здоровье и счастье в местном храме.
В глазах маленьких танто искрится восторг, и ты знаешь, что за этим последует.
– Можно нам тоже пойти туда, хозяйка? – канючит Хаката, дёргая за подол твоей одежды.
– Я хочу поесть праздничных сладостей! – вторит ему Хочо.
– Мы бы помогли вам сшить кимоно на всех. – Мидарэ вопрошающе заглядывает тебе в глаза. – На прошлую зиму вы связали нам столько красивой одежды!
– Прекратите это, – недовольно шикает Ичиго, и танто насилу успокаиваются. – Нельзя принуждать хозяйку поступать вам в угоду. Вы должны уважать её решения.
– Не будь таким суровым, Ичиго, – рассмеялась ты и, к ликованию мальчишек, подмигнула им: – Мы ведь давно не веселились все вместе. Хоть вы и являетесь многовековым оружием, но выглядите совсем как маленькие дети, так что, думаю, нашу хитрость никто не раскусит.
Танто радостно голосят, не стесняясь обнимать тебя на глазах растерянного Ичиго и удивлённых прохожих.
– Смотрите! Там, в конце улицы, магазин тканей! – замечает Мидарэ и жалобно смотрит на тебя снизу вверх. – Хозяйка, вы же сходите с нами?
Ты качаешь головой, вызывая у танто вздох разочарования:
– Я должна ещё посмотреть, не появился ли в продаже тот чайный набор, который я хотела купить на замену нашему.
– Я отведу их, госпожа, – вежливо кланяется Ичиго, – мы не задержим вас.
Тоширо с радостными возгласами всей гурьбой обступают Ичиго и нетерпеливо тянут его за руки вперёд, один лишь Хочо продолжает размеренно шагать рядом с тобой, время от времени хитро поглядывая на тебя.
По бельевым верёвкам, потянутым между домами, словно по нотным линиям, стайкой рассыпались трясогузки, и ты выслушиваешься в их мирное щебетание.
– А я знаю один секрет, – вдруг вкрадчиво начинает мальчик.
– Правда?
Хочо заговорщически косится на тебя.
– Хозяйка очень нравится Ичи-нии! – улыбаясь во весь рот, наконец констатирует танто.
– Хочо! – Ты чувствуешь, как по телу разливается жар. – Разбалтывать чужие тайны – это очень некрасиво!..
– Ичи-нии мне ничего такого не говорил, – обиженно сопит мальчик. – Я сам догадался.
Ты не отвечаешь, пытаясь унять дискомфортную пульсацию в висках.
– Просто... он смотрит на вас, даже когда вы не говорите, и всегда старается встать поближе к вам. И ещё он никому из нас не разрешает отзываться о вас плохо. – И Хочо устремляется вдогонку братьям, оставляя тебя наедине со своими мыслями.


По деревянному настилу торопливо стучат твои гэта.
Проходя по галерее, ты не удерживаешься и с любопытством заглядываешь внутрь одного из помещений: посреди него умиротворённо трещит угольная печь, и от неё волнами расходится горячий воздух. Над входом слегка подрагивает от сквозняка тёмно-синий норэн, и ты закутываешься в шаль потеплее.
Появляясь на пороге тканевой лавки, ты стараешься не смотреть в глаза Ичиго, смущенно отводя взгляд.
– Посмотрите, какие ткани мы выбрали! – на тебя с порога наскакивает Хаката и нетерпеливо тащит к прилавку.
– Мне нравится эта, с хризантемами, – Мидарэ проводит рукой по шёлку и указывает на остальные свёртки, – а есть ещё с клёнами, стрекозами и ветками ивы.
– Очень красивые, – ты одобрительно киваешь, – вы сами их выбрали?
– Нет, – весело отвечает Акита, – нам помог Ичи-нии!
Ты затихаешь, прислушиваясь к учащённому биению своего сердца, и не с первого раза замечаешь, что к тебе обращается жена хозяина лавки.
– Госпожа, – зовёт та и, наконец встретившись с тобой взглядами, сгибается в поклоне: – Мы держим ещё магазин по продаже украшений через дом отсюда, сейчас им управляет наш сын. Не желаете ли взглянуть?
Ты вопросительно смотришь на Ичиго.
– А я пока что расплачусь, – с улыбкой отмахивается тот и, дождавшись, когда танто пулей выскочат на улицу, отпускает тебя с женщиной.
– Какие забавные у вас ребятишки, – без задней мысли бросает она перед уходом, заставляя Ичиго вздрогнуть всем телом и рассыпать монеты по полу.


За рассматриванием драгоценностей ты не сразу ощущаешь удушливый запах гари, от которого слезятся глаза и кружится голова, и то, что начался пожар, ты понимаешь только по поднявшейся панике и испуганным возгласам, доносящимся снаружи.
По правую руку от тебя грозно возвышается дом, объятый слепящим пламенем, от него уже занимаются и соседние.
Ты в ужасе хватаешься за голову: лавка с пылающей крышей, до отказа забитая разносортной тканью, грозит сгореть за считанные минуты.
– Ичиго! – Под оханье зевак ты ныряешь внутрь дома, из которого клубами валит чёрный дым.
Откуда-то сверху доносится опасный треск.
– Берегитесь! – Сильным толчком тебя отбрасывает назад, и прямо перед тобой раздаётся оглушительный грохот – то обваливаются {censored}, удерживавшие потолок, заваливая собой проход в дальнюю комнату.
Ты мечешься из стороны в сторону, наблюдая, как пляшущие языки пламени поглощают обломки.
– Ичиго, ты там? – Твой голос испуганно дрожит. – Ты сможешь найти выход отсюда?
Оказавшись в западне, Ичиго без сил опускается на пол: ему тяжело дышать, призраки прошлого душат его, болезненная пульсация режет его мозг. Ичиго мучают воспоминания, как это ужасно, когда плавятся ножны, превращаясь в вязкую жижу, закоптевает и обугливается острое лезвие, тлеет оплётка на рукояти, и один из драгоценнейших мечей Японии на глазах превращается в уродство. Сгорать от любви легко и